Гордая Айше.

Гордая Айше.

Камни, камни на крымской земле! Куда ни посмотришь — везде камни. Почему же так много камней в нашем краю? Вот на Бурунчуке из камня крепость была сложена, большая крепость. А владела этой крепостью девушка, звали ее Айше. Сильная девушка была, гордая, сердце ее не знало жалости. Она никогда никого не любила. Глаза у нее были...

Антарам.

Когда Седрак-начальник, Седрак-Бахр-баш, решил жениться, все говорили: не будет толку. Человеку за шестьдесят, а невеста не поднимала еще глаз на мужчину. И жалели Антарам. Но Седрак-начальник нашел горный цветок, лучше которого не видел, и не хотел, чтобы он достался другому. А что решал Седрак-начальник, от того никогда не отступал. И Седрак-начальник женился на Антарам. Чалкинцы...
Гора двух удодов - Опук.

Гора двух удодов — Опук.

В той местности, где сейчас высится гора Опук, было в древности большое богатое селение. Жили в нем кроткие, скромные и трудолюбивые люди, которые считали за тяжкое преступление угнетать кого-либо, не знали, что такое насилие. Однажды недалеко от селения потонул во время бури какой-то корабль. Из всех находившихся на корабле спаслись только две женщины. Их подобрали...
Гикия - героиня Херсонеса.

Гикия — героиня Херсонеса.

Было время, когда цветущим, многолюдным Херсонесом управлял первый архонт Ламах. Был он очень богат, имел много золота и серебра, скота и земли. Дом его — большое квадратное здание — выходил на несколько улиц. В городской стене Ламах имел даже отдельные ворота, чтобы многочисленные его стада, возвращаясь с пастбищ, не шли через город, а попадали прямо...
Гибель Гирея.

Гибель Гирея.

Золото и женщина — две гибели, которые ждут человека, когда в дело вмешивается Шайтан. Если высохла душа, дряблым стало тело — тогда золою. Если кипит еще кровь, и не погас огонь во взоре — тогда женщина. Шайтан знает, как кому угодить, чтобы потом лучше посмеяться. Казалось, не было на земле хана умнее солгатского, казалось, могущественный...

Геракл и Cкифы.

Геракл пас стадо быков возле Геракловых столбов. С могучих плеч его свешивалась шкура немейского льва, в руке держал он палицу. Шло время, и иссякла трава на пастбище. Сев в колесницу, Геракл погнал стадо на восток, за Понт Эвксинский, где были обширные степи и много сочной травы. В степи было холодно. Завернувшись в львиную шкуру, Геракл...

В раю.

Когда лучший из выводка красоты и прелести, Хаджи Селим Гирей Хан — да будет благословенно его имя до дня Страшного суда — во второй раз сел на ханский ковер в Бахчисарае, в тот самый день учитель Бек-Темир-эфенди, стойкий, как железо, известный всему Крыму своими проповедями и речами и знавший весь мир, скончался на руках своих...

Биче.

Когда джигит Сейдамет услыхал в первый раз нежный, как звон серебряного колокольчика, голос Биче, он решил, что Аллах может наделить таким голосом красавицу или райскую деву. Биче звала свою подругу с балкона своего дома: — Фати… мэээ… Фати… мэээээ… Сейдамет подошел почти к дому и шепнул: — Ты воткнула нож в мое сердце, и у меня...
Сказание об амазонках-птицах.

Сказание об амазонках-птицах.

Существует и теперь в Евпаторийском уезде небольшое татарское поселение Огуз-оглу (сын вола), расположенное в четырех верстах от морского берега.

Акчачик.

Было, не было — не знаю. Не знаю, в нашей деревне или в другой, никто мне не сказал. Было так: Денежка жила, Акчачик, маленькая, зелёная, некрасивая. Её все и всегда ругали, проклинали. И тот, кто продавал, ругался, проклинал, и тот, кто покупал, ещё больше ругался и проклинал. — Ух ты, проклятая, — говорил тот, кто...
Ай-Савва.

Ай-Савва.

Их было три, три старых, почти слепых монаха. Таких старых, что забыли бы как их зовут, если бы не поминали каждый день за молитвой: — Павло, Спиридо, Василевс. Пришли татары, взяли крепость, сожгли Сугдею. Кто уцелел, бежал в горы; разбежались и монахи. Только Павло, Спиридо и Василевс остались у Ай-Саввы, у святого Саввы, потому что куда бежать,...
Александр — князь мангупский.

Александр — князь мангупский.

Сказочно красивы горы неподалеку от Бахчисарая. Пленяют они взор человеческий своими головокружительными обрывами, роскошными лесами. Остановитесь на минутку — и в еле уловимом шепоте леса вы услышите повествование столетий об этой земле.